En
---
Свежее на сайте

Самодержавие как пережиток феодализма
А.А. Строков про Восточно-Прусскую операцию. Часть 2.
Вторая осада крепости Перемышль.
План наступления от Рузского.

Кило Истории - наш логотип

Глава 11.3. Тактические выводы

валерийских полков (хороший корпус), которые существенной пользы в операции не принесли, если не считать двух кавалерийских полков корпуса Франсуа, усиленных артиллерией и пулеметами: эти полки вышли первыми на пути отхода русских.

Отсутствие резервов у русских лишало их последнего шанса на благополучный отход, а фланговые корпуса, превратившиеся в фронтовые резервы, опоздали подать своевременную помощь окруженным, что и явилось последним звеном в общей цепи оперативных промахов 2-й русской армии северо-западного фронта.

3. Тактические выводы

В мирное время немцы недооценивали русской армии, считая ее во всех отношениях отсталой. Первые же бои в Восточной Пруссии внесли кровавым опытом свой корректив во взгляды немцев. Русские войска на печальном опыте русско-японской войны многому научились и по уровню тактической подготовки ни с какой степени по уступали германским войскам во всех августовских боях в Восточной Пруссии.

Первоочередные войска обеих сторон выказывали большое упорство в боях. В худшую сторону выделялись второочередные германские войска.

Войсковая разведка обеих сторон работала плохо. Имевшиеся в полках специальные подразделения разведчиков не обеспечивали разведкой на нужную глубину и после первых же боев были серьезно потрепаны. Войсковая конница немцев не была подготовлена к несению разведывательной службы и действиям вместе с пехотой, почему очень часто она несла потери от огня своей же пехоты. Попытки нести разведывательную службу впереди пехоты давали жалкие результаты. Русские корпуса на протяжении операции не имели войсковой конницы. Ее обязанности были возложены на пограничников, совершенно не обученных полевой службе, и на два полка из состава стратегической конницы, которые с несением разведывательной службы справлялись так же плохо, как и германские кавалеристы.

Вследствие плохой постановки разведывательной службы все бои протекали вслепую, и столкновения чаще всего происходили неожиданно для обеих сторон. Правда, германская


[286]

авиация в процессе операции работала хорошо, но ее наблюдения, так же как и данные перехваченных русских радиограмм не уточнялись войсковой разведкой.

Стороны проявляли большое упорство в обороне, особенно русские полки 36-й пех. дивизии, остававшиеся в арьергардах. Менее устойчивы были части германского ландвера. Оборона не эшелонировалась в глубину. Вторые эшелоны (частные и общие резервы) располагались в зоне огня пулеметчиков, вследствие чего несли потери наравне с первым эшелоном, причем сами не могли вести огня по наступающим; контрудары в обороне (37-я пех. дивизия, 3-я рез. дивизия и дивизия Унгера) предпринимались неудачно. Правильный метод обороны тактически осуществляется неправильно. Оборона не использовала своих укреплений для огневого воздействия на наступающего и, не нанеся ему огнем расстройства, бросалась в атаки всеми наличными силами, что приводило к встречным же атакам, тяжким потерям и к отрицательным конечным результатам (37-я пех. дивизия). Обе стороны в обороне широко пользовались лопатой. Штык во всех боях находил применение.

Русские арьергарды практиковали устройство засад (Даретен, Гогенштейн) для внезапных огневых нападений и штыковых атак накоротке.

Обе стороны практиковали перемешивание частей и подразделений в обороне. У немцев это можно объяснить стремлением придать устойчивость ландверу, что давало положительные результаты, у русских же являлось следствием организационной неурядицы.

После Гумбинен-Гольдапского сражения германские войска, получившие боевой опыт, наступали с большой (даже излишней) осторожностью (Гросс-Бессау, Уздау, Зольдау) после предварительной артиллерийской подготовки. На эту подготовку специально отводятся определенные периоды, артиллерия централизуется, огонь сосредоточивается на узкие участки (Уздау), атаки сопровождаются артиллерийским огнем. Войска же, еще не побывавшие в сражении, бросались, в наступление опрометчиво, без артиллерийской подготовки, без связи со своей артиллерией и соседями, вследствие чего несли не только серьезные потери, но и терпели поражения (6-я ландв. бригада, дивизия Гольца, 41-я пех. дивизия).


[287]

Русские войска вели наступление стихийно (Орлау, Мюлен, Гейнрихсдорф), излишне злоупотребляя выдвижением целых дивизионов на открытые позиции, перемешивались в процессе наступления. Русские хорошо пользовались подступами и закрытиями. После боя у Лана, Орлау русские также перешли на иной метод наступательных действий (предварительная артиллерийская подготовка, установление связи с артиллерией).

Обе стороны не искали флангов противника, атакуя только в лоб.

Взаимная поддержка частей обеих сторон в первых боях отсутствовала (Лана, Орлау), в последующее время когда войска дрались в локтевой связи, они помогали друг другу огнем и резервами. Маневрирование на поле боя осуществлялось более мобильно у немцев (Уздау, Зольдау), хуже у русских (13-й корпус под Гогенштейном). Обе стороны умело отрывались от противника и одинаково плохо вели преследование.

Наступающие всегда закрепляли за собой захваченное пространство.

К ночным действиям германские войска, штабы и начальники оказались неподготовленными (1-й рез. корпус под Алленштейном, Даретеном, 41-я пех. дивизия под Ваплицем). Русские не прибегали к ночным боям, но умели пользоваться ночью для передвижения (отход ночью от Гогенштейна).

Войска обеих сторон оказались весьма восприимчивы к паникe, особенно же германский ландвер. В ходе сражения у немцев проявили себя хорошо 1-я пех. дивизия, 1-я, 3-я и 36-я рез. дивизии; хуже 2-я, 37-я, 35-я и 36-я пех. дивизии; плохо 41-я, Гольца, Унгера, 6-я и 70-я ландв. бригады. У русских плохо проявили себя 6-й арм. корпус, все три кавалерийские дивизии и особенно плохо 4-я кав. дивизия.

При неудачах войска быстро вырывались из рук начальников, что нужно отнести к отсутствию соответствующего воспитания в мирное время младших строевых начальников (отделение, взвод, рота), призванных непосредственно (голосом, сигналами и знаками) управлять рядовым составом. Боевое управление сильно хромало и у русских, и у немцев. В методах управления отмечается большая пестрота. Каждый командир управлял боем по-своему. Франсуа и Артамонов


[288]

разъезжали по полю боя, отрываясь от своих штабов и теряя управление подчиненными войсками. Благовещенский предпочитал управлять корпусом из хаты, уклоняясь от работы в поле. Макензен и Мартос управляли с командных пунктов, устраиваемых в зоне артиллерийского огня. Командиры дивизий испытывали недостаток средств технической связи в подвижных боях, что отражалось на качестве управления.

Характерным явлением августовских боев надо считать внесение коррективов в нормы и взгляды мирного времени на основе боевого опыта. Артиллерия сторон действовала хорошо и оказалась на уровне современных требований. В ходе боев чувствовалось превосходство германской артиллерии в тяжелых калибрах. Германские ландверные артиллерийские части не умели стрелять раздельной наводкой, как это было у русских в русско-японскую войну.

В большинстве боев русские войска имели тактические успехи. Таковы бои под Лана, Орлау, контрудар под Уздау, бой под Ваплицем, бой под Гогенштейном (13-го корпуса). Немцы выиграли бой под Гросс-Бессау, Гросс-Гардинен и, наконец, на путях отхода русских.

Роты, батальоны, полки, батареи, эскадроны были равноценны у русских и у немцев, если не считать ландвера, который был хуже подготовлен в тактическом отношении. Дивизии были, примерно, равноценны. Перевес в пользу русских за счет четырех батальонных полков уравновешивался перевесом в гаубичной артиллерии и лучшим управлением у немцев.

Русские корпуса уступали германским в артиллерийском оснащении. Перевес немцев на 24 легких и 16 тяжелых гаубиц в ходе боев давал свои результаты. Перевес в числе батальонов у русских был лишь номинальным, так как корпуса не имели положенного числа батальонов.

В общем тактическая деятельность войск обеих сторон обеспечивала успешное ведение операций. Русские войска в рамках отдельных боев одерживали победы в бригадном и даже корпусном масштабе, но тактические достоинства русских войск совершенно не были использованы оперативным руководством. Тактические же достоинства германских войск использовались с оперативной выгодой. В сущности же германское командование извлекало выгоды не столько из так-


[289]

тических достижений своих войск, сколько из анархии русского командования и его кордонно-заслониой оперативной практики. Русские войска в конечном результате потерпели поражение не столько от немецких войск, сколько от своих бездарных высших начальников. Своей боевой службой войска восполняли оперативную немощь высших штабов и командиров, расплачиваясь потерями и поражениями.

Более двадцати лет прошло с тех пор, как на полях Восточной Пруссии русские "Теренции Варроны" создали успех германскому оружию. С тех пор вооружение, технические средства борьбы, человеческий материал, а вместе с тем методы ведения боев и операций изменились. Однако, из опыта августовских боев можно извлечь немало уроков, которые далеко не исчерпаны в приведенных выше выводах.

В современных условиях для нашей Красной армии, имеющей передовое техническое оснащение и превосходных бойцов, операции на окружение, как наиболее решительные по форме, должны являться основными в цепи прочих видов операций.

Опыт "Танненберга" весьма пригоден для специального оперативного и тактического изучения, и будет ошибкой пренебречь этим опытом. Однако, будет не меньшей ошибкой, если из опыта "Танненберга" мы возьмем на себя смелость вывести те или иные нормы и положения, так как такие нормы и положения не будут отвечать современным средствам и людям. Как средства и бойцы "Канн" эпохи Ганнибала не соответствовали Седанской операции эпохи Мольтке, так и "Танненберг" эпохи мировой войны не будет соответствовать будущим операциям.

Одно не подлежит сомнению, что операции на окружение предъявляют особо высокие требования к органам управления, войскам, тылам и частным начальникам всех категорий, призванным выполнять подобные операции с машинами и людьми новой эпохи.


[290]

Предыдущее: Глава 11.2. Оперативные выводы (продолжение)  Следующее: Содержание книги: Н. Евсеев. Августовское сражение в Восточной Пруссии

Метки статьи:


 

Добавьте комментарий.
Их еще мало...
Понравилось? Нажми здесь!!

Поделиться с друзьями: BK     twit   fb   g+

Также смотрим:

 

Немного истории 2013 - 2017 (tl1, l, s, v)