En
---
Свежее на сайте

Чех Pz 38(t) в противотанковом тире
А.А. Строков про Восточно-Прусскую операцию. Часть 2.
Окончание сражения на Вислоке и Вислоке.
План наступления от Рузского.

Кило Истории - наш логотип

Глава 7.1. Решение сторон на 27 августа.

1. Решение сторон на 27 августа

26 августа штаб 8-й герм. армии переехал из Ризенбурга в Лебау. До полудня штаб был осведомлен о ходе боевых действий подчиненных войск. 1-й рез. и 17-й арм. корпуса, по данным штаба, вели успешный бой против 6-го русского арм. корпуса. 1-й арм. корпус собирался атаковать Уздау лишь с утра 27 августа. Но окончательных результатов боев под Бишофсбургом, Мюленом и Уздау штаб армии не знал. Особое беспокойство штаба и командования 8-й армии вызывала южная группа корпусов 1-й русской армии Ренненкампфа, находившаяся на расстоянии полутора переходов от 1-го рез. и 17-го арм. корпусов, связанных боем с 6-м русским корпусом.

Штаб армии имел очередную серию перехваченных русских радиограмм, из которых было известно, что на Млаву направляются гвардейские полки, но немцы не знали в точности, направляется ли на Млаву весь гвардейский корпус, перевозившийся из Вильны в Варшаву, или же направляется только 3-я гвард. дивизия, входившая в состав 23-го арм. корпуса. Штаб проявлял беспокойство и относительно русской конницы, части которой могли обрушиться со стороны Лаутенбурга на южный фланг и тыл 1-го арм. корпуса, прикрытый частями 5-й ландв. бригады.

Вечером 26 августа немцы исходили из предположения, что 1-й русский корпус действует изолированно от 23-го и 15-го


[167]

корпусов, расположенных под Гардиненом и Ваплицем против 20-го герм. корпуса, но еще ничего не знали о продвижении русских на Мюлен и о занятии Гогенштейн. По представлению германского командования 3-я герм. рез. дивизия находилась под Гогенштейном, куда ей было приказано перейти, но донесений от нее не поступало. К востоку от больших озер, повидимому, продолжал движение в северном направлении на Алленштейн 13-й русский корпус. Чтобы заслониться против 13-го корпуса, пришлось решиться на перевозку ландверной дивизии Гольца, первоначально предназначавшейся на правый фланг армии в Остероде. 20-й корпус должен был оказать поддержку 1-му и тем усилить правый фланг фронта.

В очерченной выше обстановке командующий 8-й герм. армией в 21 ч. 00 м. 26 августа отдал следующий приказ:

"1. 1-й рез. и 17-й арм. корпуса ведут бой под Бишофсбургом фронтом на юг с 6-м русским арм. корпусом и завтра 27 августа будут продолжать наступление. За ними в районе Гердауен - Дренгфурт находится левый фланг Виленской армии.
2. Под Остероде завтра 27 августа будут выгружены 2 германских бригады.
3. Перед фронтом усиленных 1-го и 20-го корпусов находится противник: сильная, повидимому, группа расположена в районе Борхерсдорфа, 1 дивизия под Уздау, 3 - 2 армейских корпуса, тесно сосредоточенные, – в районе Гросс-Гардинен, Ваплиц. Другие русские силы продвигаются походным порядком от Куркена и восточнее на Алленштейн.
4. Усиленному 1-му арм. корпусу и усиленному 20-му арм. корпусу завтра, 27 августа, с 4 ч. 00 м. пополудни с величайшей энергией перейти в наступление.
1-му арм. корпусу, образовав сильные уступы вправо, наступать на Уздау; 20-му арм. корпусу поддерживать наступление 1-го арм. корпуса сильным наступлением на Уздау, а остальными силами продолжать наступление в прежнем направлении.
После взятия Уздау самое главное – ударом во фланг от Уздау смять противника, действующего против 20-го арм. корпуса. Для этого необходимо, чтобы и 1-й арм. корпус возможно более крупными силами наступал на Нейденбург.
Кроме того, на усиленный 1-й арм. корпус возлагается обеспечение фланга со стороны Борхерсдорфа.


[168]

5. 3-ю рез. дивизию продвинуть на Ваплиц, продолжая удерживать Гогенштейн.
6. Штаб армии остается пока в Лебау"
1.

Таким образом, 26 августа командование 8-й герм. армии задавалось целью нанести удар на Уздау войсками 1-го армейского корпуса и фронтальный удар 3-й рез. дивизией с севера на Ваплиц.

Выполнение этого плана приводило немцев к тому, что после овладения районом Уздау их ударная группировка из 1-го корпуса и правого фланга 20-го корпуса нацеливалась в пустое пространство, очищенное еще 26 августа частями 2-й пех. дивизии. Вместе с тем эта ударная группировка по мере своего продвижения на восток подставляла сперва фланг, а затем и тыл под удары русских войск, объединенных командиром 1-го русского арм. корпуса. Но выход немцев к востоку от Уздау осложнял положение 15-го и отчасти 13-го русских арм. корпусов, создавая угрозу их тылам, которые уже 28 августа должны были попасть под удары немцев. Операция подобного рода, будучи рискованной, не могла бы привести к решительным результатам, если бы не некоторые обстоятельства, выходившие из рамок оперативных расчетов.

Русские, обнаружив угрозу слева, нормально должны были отойти своими центральными корпусами на юг, примерно на рубеж Мушакен, Нейденбург, что они могли сделать к вечеру 27 августа, а затем на рубеж р. Оржиц, что они могли сделать к вечеру 28 августа. В этом случае удар в восточном направлении приводил бы к вытеснению русских без решительного результата.

Эта операция могла осложниться, если бы русские нанесли фланговый удар силами 1-го арм. корпуса и двумя кавалерийскими дивизиями со стороны Зольдау на север. В этом случае немцам пришлось бы отходить за Вислу.

И в том, и в другом случае операция 8-й герм. армии привела бы ее к поражению. Но немцы пошли на риск, полагая, что русские не примут своевременного решения на отход и не проявят решительности в действиях против южного фланга 8-й армии.


(1) Эльце, Танненберг, документ № 201, стр. 304 - 305.


[169]

Во всяком случае, вечером 26 августа русские имели возможность принять решения, могущие разрушить в основе замыслы германского командования.

В числе возможных решений, кроме отхода 13-го и 15-го арм. корпусов на юг, могло быть принято и такое: русские могли пойти на то, чтобы войсками 15-го корпуса сдерживать наступление немцев с запада, а 13-м корпусом пресечь пути 1-го рез. и 17-го арм. корпусов на запад, повернув его фронтом на северо-восток вместе с 6-м арм. корпусом. Двухдневный бой на путях этих германских корпусов русские могли успешно выдержать, а за это время на хвосты их вышли бы 2-й и 4-й корпуса 1-й армии.

Но для всех решений надо было знать окружающую 2-ю армию обстановку, а этого знания 26 августа у генерала Самсонова и его штаба не было. Поэтому командующий 2-й армией вечером 26 августа принял решение, ничего общего не имеющее с приведенными выше возможными вариантами.

Вечером 26 августа командующий и штаб 2-й армии не знали о положении 6-го корпуса, равно не знали и о положении 13-го, 15-го, и 1-го арм. корпусов и 2-й пех. дивизии, т. е. вообще не знали, что делается на фронте армии. В своем докладе о действиях 2-й армии начальник штаба армии ген. Постовский пишет:

"Директива № 5 была отдана в предположении, что корпуса к вечеру 26 августа выполнили указания, данные на этот день. В действительности же, как видно было из описания действий, 15-й корпус и 2-я пех. дивизия, ввязавшись в бой, далеко не достигли указанных им фронтов и вели бой с немцами фронтом уже на запад. Действительная обстановка выяснилась лишь только к 2 ч. 00 м. ночи 27 августа, когда возвратился в штаб армии офицер генерального штаба, командированный вечером 26 августа на место боевых действий 6-й пех. и 2-й пех. дивизий. Менять распоряжения тогда уже не представлялось возможным, так как вскоре завязались боевые действия"2.

Директива № 5, о которой пишет ген. Постовский, сводилась к следующему.


(2) ВИА, д. № 4050, лл. 37-59.
Постовский просто не захотел срочно менять решение...


[170]

Предыдущее: Глава 6.6. Общая обстановка на фронте армий к вечеру 26 августа.  Следующее: Глава 7.2-3. Соотношения сил и действия в центре.

Метки статьи:


 

Добавьте комментарий.
Их еще мало...
Понравилось? Нажми здесь!!

Поделиться с друзьями: BK     twit   fb   g+

Также смотрим:

 

Немного истории 2013 - 2017 (tl1, l, s, v)