En
---
Свежее на сайте

Пережитки феодализма
А.А. Строков про Восточно-Прусскую операцию. Часть 2.
Второе Праснышское сражение. Окончание.
План наступления от Рузского.

Кило Истории - наш логотип

К.Г. Маннергейм о конце декабря 1939

Предложение о переходе в контрнаступление поступало не впервые. Еще 11 декабря генерал-лейтенант Эстерман предлагал перейти в контрнаступление главными силами 2-го армейского корпуса на фронте шириной примерно 45 километров, в полосе от Финского залива до озера Юскярви. Однако я посчитал, что у такой инициативы едва ли есть шансы на успех. Войска слишком разбросаны, плотное соприкосновение с противником отсутствует, да и его группировка точно не установлена. Наступление могло бы стать выстрелом в воздух, и, кроме того, войска не обладали опытом ведения маневренного боя против русских танков без поддержки противотанковой артиллерии. В любом случае лучше было, сидя в укреплениях, ожидать наступления, которое скоро начнется. В этом я был убежден.

После того как бои на подступах к Выборгу были завершены разгромом русских, командующий армией снова вернулся к своему предложению. Его обоснования были весьма убедительны. Во время боев под Сумма 19 декабря я разрешил ему 6-ю дивизию, находившуюся сзади, использовать для контрнаступления, если будет осуществлен глубокий прорыв. Дивизию, пополненную пехотным полком береговой обороны, передали ему в подчинение для участия в контрнаступлении 2-го армейского корпуса, где части 5-й дивизии стали бы наступать в полосе между озерами Куолемаярви и Муолаанярви. Руководство армии решило перейти в контрнаступление 23 декабря в 6.30 утра.

Однако вскоре выяснилось, что шансы на успех операции и на этот раз были недостаточно глубоко изучены и что в ее планировании мало обратили внимания на те многочисленные подводные камни, которые легко возникают на дороге – особенно в зимних условиях, когда войска готовят к такому крупному наступлению. Самым плохим было то, что соприкосновение с противником после отражения его атак было утрачено, и разведка не смогла составить точной картины группировки русских войск. Следствием этого было то, что план наступательной операции не имел точных рубежей и ясного направления главного удара.

Предполье захватили без существенного сопротивления, но глубже в группировке русских, которую прикрывали, прямо говоря, бронетанковые крепости, наступление остановилось, поскольку противотанковые орудия не смогли сопровождать пехоту. Артиллерия, для которой массовое скопление танков могло бы быть идеальной целью, не могла открыть огонь, поскольку отсутствовала связь. Больше всего чувствовался недостаток современных средств радиосвязи. Выяснилось, что времени на подготовку было отведено слишком мало, это повлекло за собой ошибки и опоздание. По прошествии восьми часов с момента начала наступления был отдан приказ о его приостановлении. Отрыв от противника прошел так, что тот не предпринял существенных попыток контратаковать наши войска.

Хотя эта операция и не привела к возлагавшимся на нее надеждам, все же можно было предположить, что наша неожиданная активность оказала определенное влияние на противника, ибо он на долгое время прекратил ведение крупных наступательных операций на выборгском направлении. Вместо этого русские 25 декабря атаковали позиции 3-го армейского корпуса в Тайпале и, кроме того, предприняли безуспешную попытку силами свежей дивизии перейти озеро Суванто, уже покрытое толстым льдом. В ночь на 26 декабря противнику удалось захватить плацдарм на северном берегу Суванто в районе Келья, но днем он был отброшен снова на лед, оставив при этом 700 человек убитыми и много вооружения, в том числе 81 пулемет.

 

Первый месяц войны закончился. Ситуация сложилась во многих отношениях иной, чем ожидалось, и сюрпризы можно было в основном отнести к разряду положительных. В русских войсках также обнаружились многочисленные недостатки, а природные условия в какой-то степени выровняли диспропорцию между численностью и снаряжением русских и наших войск. В летопись финской армии можно было внести два таких славных дела, как бои на уничтожение под Толвоярви и Суомуссалми. Атаки противника были отбиты и на других фронтах. Противник понес большие потери в живой силе, технике и материалах, что мы посчитали желанной добавкой к вооружению и снаряжению наших войск. Финская армия показала, что сражаться она умеет.

На морском фронте все попытки противника приблизиться к нашему берегу также были отражены. Батареи на островах Руссаре и Уте хорошо справились со своей задачей, а береговые форты в Койвисто и Хумалйоки, помимо отражения крейсеров русских, принимали значительное участие в военных действиях на суше. Тоже следует сказать и о батареях на мысе Ярисевянниеми и в Каарнайоки, которые прикрывали Тайпале со стороны Ладожского озера.

При недостатке успехов на море русские с гордостью говорили о захвате пустого и необороняемого острова Гогланд, которым они овладели после основательной бомбежки. После того как Финский залив быстро покрылся льдом, военных действий на море не велось, и Аландские острова оказались вне опасной зоны.

Превосходство в авиации у противника также не оказало решающего воздействия. Несмотря на нехватку у нас средств зенитной обороны, его самолеты не смогли ни уничтожить наши коммуникации, ни нарушить жизнь нации. В воздушных налетах декабря противник потерял 142 бомбардировщика и истребителя. Весь финский народ, как один человек, спокойно и решительно стоял за армией, сознавая, что борьбу следует продолжать. На пороге Нового года объективный наблюдатель все же не мог избежать мрачных предчувствий. Престиж Советского Союза требовал победы, и нам следовало ожидать, что нажим с его стороны вскоре многократно возрастет. Наши возможности формирования новых подразделений, смены войск и возмещения потерь были невелики, а что касается недостатка в материалах, то импровизированная организация нашей промышленности со скудными запасами сырья была неспособна его устранить. Правда, Лига наций призвала своих членов оказать нам помощь, но пока такая поддержка была весьма незначительной. Поступали сведения, что западные державы планируют вмешаться в конфликт силой оружия, но все это было столь неопределенно и ненадежно, что строить на этих возможностях свои действия мы вряд ли могли.

В сложившейся обстановке у нас оставался один выход – сражаться.

Примечание :В целом, Маннергейм имел право говорить об успешном завершении первого этапа войны. Военного краха Финляндии не произошло, нанести противнику несколько чувствительных поражений финны смогли. На фронтах началась оперативная пауза. Как военный он мог достаточно оптимистично смотреть в будущее, ибо еще долгие месяцы финны могли выигрывать отдельные бои. Но как один из крупнейших финских политиков Маннергейм должен был правильно оценивать ситуацию, и ему полагалось начинать поиск выхода из конфликта, раз внешнеполитическая ситуация была невыгодной, а военные действия не могли привести к полному успеху.

Предыдущее: К.Г. Маннергейм о первом штурме ЛМ в декабре 1939  Следующее: К.Г. Маннергейм про январь 1940

Также смотрим:

 

Немного истории 2013 - 2017 (tl1, l, s, v)