Древнерусский город.
А.А. Керсновский про Милютинскую реформу. Часть 4.
Схема Альминского сражения.
Записка Императора Николая I о войне с Турцией.
Русская 305-мм осадная гаубица обр. 1915 года.
Хотя Севастополь являлся морской крепостью, флот с обеих сторон принимал очень ограниченное участие в осаде и в обороне. Это было весьма необычно с точки зрения военных во времена до середины 19-го века, когда флот однозначно доминировал над береговыми укреплениями, а длительная блокада гаваней была связана с множеством затруднений и большими небоевыми потерями для флота.
И тем не менее, эта вялая морская война завершилась уничтожением Черноморского флота без генерального сражения, которое в любом случае было бы связано для союзников с риском серьезных потерь.
Союзный флот после участия в первой бомбардировке Севастополя ограничился демонстративными действиями у входа в бухту и блокированием морских коммуникаций русской стороны. Нельзя сказать, что эти действия были неэффективны, во-первых, потому, что русские были вынуждены держать на береговых и прибрежных батареях свыше 200 тысяч снарядов и зарядов для пушек; во-вторых, потому, что русские в Крыму изначально полагались на перевозки грузов по морю, а перевозки по сухопутным дорогам вели к огромным денежным издержкам, чудовищным задержкам (особенно в период распутицы) и потерям груза.
Но все же союзный флот так и не смог прорваться в Севастопольскую бухту. Заграждение из затопленных кораблей и береговые батареи, вооруженные крупнокалиберными пушками и орудиями для стрельбы разрывными снарядами, превратили прорыв в гавань в слишком рискованное дело. А постепенное разрушение береговых батарей считалось еще более трудным делом, чем атака сухопутных укреплений.
Русский Черноморский флот заперся в Севастопольской бухте и ограничился поддержкой сухопутных войск, а также несколькими ближними вылазками. Капитаны русских кораблей не отваживались идти на прорыв, чтобы затем действовать на вражеских коммуникациях, хотя именно это было основной задачей флота. Этот прорыв был вполне возможен, но наверняка бы связан с боем и потерями. Заметим, паровой флот союзников достаточно надежно заблокировал выход из Севастопольской бухты, заняв бухты к западу от нее. Но если бы состязались на море парусные корабли, тогда обладание бухтами Херсонеса ничего был союзникам не дало, так как они не смогли бы выйти в море при северном ветре. Поэтому только в конце 1840-х годов возникла реальная потребность пересмотреть систему береговой обороны Севастополя, чтобы вообще не допустить занятие противником западных бухт.
В общем, адмиралы не желали рисковать, и флот с обеих сторон влиял на ход боевых действий самим фактом своего существования (и создаваемыми угрозами). Для союзного флота, который обеспечивал тыл своей сухопутной армии, которая превосходила противника, этого было достаточно. Для русского флота только сидеть в гавани и ждать победы на суше было недостаточно. С весны 1855 года, когда стало ясно, что сухопутная армия проигрывает, флот должен был действовать активнее (хотя бы для того, чтобы не затопиться в гавани без помощи противника). Противник давал русским возможность перейти к более активным действиям, когда союзный флот разделился и атаковал Керчь.
Предыдущее: Итоги Крымской кампании и Первой обороны Севастополя. Часть 7. | Следующее: Итоги Крымской кампании и Первой обороны Севастополя. Часть 9. |
Cодержание: Крымская война 1853 - 56.
Для связи: Общие темы | По теме ПМВ.
Списки страниц: ПМВ-приложения || ЭИЧЦ || ФФВВ || КрыВо || КорВИО