Перемирие. Часть 2.

Перемирие на Русском фронте означало, что Германия уже выиграла войну на востоке. Следовательно, Россия признавала Германию сильнейшей державой Континента. Теперь (если по уму) Германии нужно было заключить с Россией выгодный и справедливый мир, чтобы выиграть (или свести в ничью) войну на Западе.

Что реально было нужно в этот момент Германии? Во-первых, продовольствие для голодающего населения; во-вторых, сырье для всей промышленности и в первую очередь – для оборонной; в третьих, оружие и боеприпасы (ведь Антанта в материальном плане была сильнее); в-четвертых, спокойствие в России (чтобы вывести все войска); в-пятых, торговые пути для ввоза и вывоза товаров в третьи страны. Выгодный для обеих сторон мир, который привел бы к укреплению новой власти в России, давал Германии все это. А ради этого мира можно было бы даже пойти на значительные уступки большевикам, пусть даже они имели в этот момент недостаточно реальной силы.

Если бы Германия и Россия достигли бы взаимовыгодного мирного соглашения, тогда не потребовалась бы миллионная оккупационная армия (которая в реальности стала необходима в 1918 году для поддержания порядка на оккупированных территориях Украины и Белоруссии, а также для изъятия ресурсов). Большевики бы сами поддержали бы порядок на западе России. И большевикам тоже не пришлось бы держать на западном направлении три армии. Они смогли бы заметно быстрее навести порядок в стране и обеспечили бы поставки в Германию продовольствия, причем русские крестьяне даже бы получали за него какие-то реальные деньги и импортные товары вместо бесплатных реквизиций, которые вели лишь к падению продуктивности сельского хозяйства, к бунтам и к дальнейшим вспышкам гражданской войны в России.

Как только большевики бы навели у себя порядок (а можно было даже им помочь, отправив военных советников), для германской торговли открылись бы железнодорожные коридоры в Китай и в Персию. И вся британская морская блокада шла бы прахом.

К моменту заключения перемирия в русской армии было около 10.000 орудий, свыше 20.000 пулеметов и порядка 10 миллионов снарядов. Большевистскому правительству столько было не нужно. Это оружие можно было выкупить, и у немцев не было бы проблем, чем вооружить почти миллион человек, который возвращался из русского плена.

Ну и как только бы русская экономика миновала фазу демилитаризации, Германия стала бы получать сырье в масштабах, какие ей и не снились.

Только-то и нужно было заключить справедливый мир и показать, что Германия не воспринимает Россию в качестве колонии или полуколонии. Этим бы одновременно были обезоружены противники большевиков в России и нанесен сильный психологический удар по Антанте. Было бы реально продемонстрировано, что Четверной союз стоит за честный и справедливый мир, а не за перекраивание карты Европы.

Но, как известно, дальние стратегические плюсы были забыты германскими политиками ради сиюминутных территориальных выгод. В результате, к весне был заключен «похабный Брестский мир», а через несколько месяцев Германия и Австро-Венгрия втянулись в гражданскую войну в России. При этом захваченные территории, охваченные партизанским движением (на этих территориях оказалось не менее 1,5 миллионов человек, демобилизованных из русской армии, нередко вместе с оружием), дали им гораздо меньше, чем могли бы в случае мирного развития событий.

Кстати, сам Брестский мир и то, как неопытные в международных играх большевики потерпели дипломатическое поражение, не имеет к истории Первой Мировой на Восточном фронте почти никакого отношения. Это уже история Гражданской Войны в России и история создания СССР. Военные результаты, достигнутые сторонами за три года, на условия мирного договора почти не влияли. Эти условия целиком и полностью определялись внутренним положением в России.

Вернуться в содержание: Русский фронт Первой Мировой Войны.